Неточные совпадения
Все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду, например, на слуге, на чиновнике, нам подведомственном, который в пору подвернулся, на жене или, наконец, на стуле, который швырнется черт знает куда, к самым
дверям, так что отлетит от него
ручка и спинка: пусть, мол, его знает, что такое гнев.
Дверь отворилась; маленькая
ручка схватила мою руку…
Чувства ли его были так изощрены (что вообще трудно предположить), или действительно было очень слышно, но вдруг он различил как бы осторожный шорох рукой у замочной
ручки и как бы шелест платья о самую
дверь.
Незнакомец звякнул еще раз, еще подождал и вдруг, в нетерпении, изо всей силы стал дергать
ручку у
дверей.
Увидя это, она не рванула
дверь к себе обратно, но не выпустила и
ручку замка, так что он чуть не вытащил ее, вместе с
дверью, на лестницу.
— Кого вам? — спросит он и, услыхав имя Ильи Ильича или хозяйки дома, молча укажет крыльцо и примется опять рубить дрова, а посетитель по чистой, усыпанной песком тропинке пойдет к крыльцу, на ступеньках которого постлан простой, чистый коврик, дернет за медную, ярко вычищенную
ручку колокольчика, и
дверь отворит Анисья, дети, иногда сама хозяйка или Захар — Захар после всех.
Что шаг, то натыкалися
Крестьяне на диковину:
Особая и странная
Работа всюду шла.
Один дворовый мучился
У
двери:
ручки медные
Отвинчивал; другой
Нес изразцы какие-то.
«Наковырял, Егорушка?» —
Окликнули с пруда.
В саду ребята яблоню
Качали. — Мало, дяденька!
Теперь они осталися
Уж только наверху,
А было их до пропасти!
)Да я ему прямо скажу: «Как вы смеете, как вы…» (У
дверей вертится
ручка; Хлестаков бледнеет и съеживается.)
Вошел человек лет шестидесяти, беловолосый, худой и смуглый, в коричневом фраке с медными пуговицами и в розовом платочке на шее. Он осклабился, подошел к
ручке к Аркадию и, поклонившись гостю, отступил к
двери и положил руки за спину.
Небольшой дворянский домик на московский манер, в котором проживала Авдотья Никитишна (или Евдоксия) Кукшина, находился в одной из нововыгоревших улиц города ***; известно, что наши губернские города горят через каждые пять лет. У
дверей, над криво прибитою визитною карточкой, виднелась
ручка колокольчика, и в передней встретила пришедших какая-то не то служанка, не то компаньонка в чепце — явные признаки прогрессивных стремлений хозяйки. Ситников спросил, дома ли Авдотья Никитишна?
Он стал обнимать сына… «Енюша, Енюша», — раздался трепещущий женский голос.
Дверь распахнулась, и на пороге показалась кругленькая, низенькая старушка в белом чепце и короткой пестрой кофточке. Она ахнула, пошатнулась и наверно бы упала, если бы Базаров не поддержал ее. Пухлые ее
ручки мгновенно обвились вокруг его шеи, голова прижалась к его груди, и все замолкло. Только слышались ее прерывистые всхлипыванья.
Часовня примыкала к стене дома Лидии, в нижнем его этаже помещался «Магазин писчебумажных принадлежностей и кустарных изделий»; рядом с
дверью в магазин выступали на панель три каменные ступени, над ними —
дверь мореного дуба, без
ручки, без скобы, посредине
двери медная дощечка с черными буквами: «Л. Т. Муромская».
Устав стоять, он обернулся, — в комнате было темно; в углу у дивана горела маленькая лампа-ночник, постель на одном диване была пуста, а на белой подушке другой постели торчала черная борода Захария. Самгин почувствовал себя обиженным, — неужели для него не нашлось отдельной комнаты? Схватив
ручку шпингалета, он шумно открыл
дверь на террасу, — там, в темноте, кто-то пошевелился, крякнув.
Широко открылась
дверь, вошел Лютов с танцующей свечкой в руке, путаясь в распахнутом китайском халате; поставил свечку на комод, сел на
ручку кресла, но покачнулся и, съехав на сиденье, матерно выругался.
Ее удавили, принесли на тесемке и повесили на
ручке замка у
двери.
Тут он отворотился, насунул набекрень свою шапку и гордо отошел от окошка, тихо перебирая струны бандуры. Деревянная
ручка у
двери в это время завертелась:
дверь распахнулась со скрыпом, и девушка на поре семнадцатой весны, обвитая сумерками, робко оглядываясь и не выпуская деревянной
ручки, переступила через порог. В полуясном мраке горели приветно, будто звездочки, ясные очи; блистало красное коралловое монисто, и от орлиных очей парубка не могла укрыться даже краска, стыдливо вспыхнувшая на щеках ее.
Сколь, однако ж, ни удивительны сии малевания, но эта медная
ручка, — продолжал он, подходя к
двери и щупая замок, — еще большего достойна удивления.
Марфенька испугалась. Верочка ничего не сказала; но когда Борис пришел к
двери дома, она уже стояла, крепко прижавшись к ней, боясь, чтоб ее не оттащили прочь, и ухватясь за
ручку замка.
— То и ладно, то и ладно: значит, приспособился к потребностям государства, вкус угадал, город успокоивает. Теперь война, например, с врагами: все
двери в отечестве на запор. Ни человек не пройдет, ни птица не пролетит, ни амбре никакого не получишь, ни кургузого одеяния, ни марго, ни бургонь — заговейся! А в сем богоспасаемом граде источник мадеры не иссякнет у Ватрухина! Да здравствует Ватрухин! Пожалуйте, сударыня, Татьяна Марковна,
ручку!
Он остановился перед
дверью, переводя дух и от волнения то брался за
ручку колокольчика, то опять оставлял ее. Наконец позвонил и вошел.
Фирс(подходит к
двери, трогает за
ручку). Заперто. Уехали… (Садится на диван.) Про меня забыли… Ничего… я тут посижу… А Леонид Андреич, небось, шубы не надел, в пальто поехал… (Озабоченно вздыхает.) Я-то не поглядел… Молодо-зелено! (Бормочет что-то, чего понять нельзя.) Жизнь-то прошла, словно и не жил… (Ложится.) Я полежу… Силушки-то у тебя нету, ничего не осталось, ничего… Эх ты… недотепа!.. (Лежит неподвижно.)
Подошел к
двери. Она не отворяется, медную
ручку ее нельзя повернуть. Взяв бутылку с молоком, я со всею силой ударил по
ручке. Бутылка разбилась, молоко облило мне ноги, натекло в сапоги.
С утра до вечера теперь брюзжит и ворчит старик и, чтобы разогнать скуку, все что-нибудь чистит: то
ручку у
дверей, то шарниры, то бронзовую накладку с надписью: «Для писем и газет».
Рогожин едко усмехнулся; проговорив свой вопрос, он вдруг отворил
дверь и, держась за
ручку замка, ждал, пока князь выйдет. Князь удивился, но вышел. Тот вышел за ним на площадку лестницы и притворил
дверь за собой. Оба стояли друг пред другом с таким видом, что, казалось, оба забыли, куда пришли и что теперь надо делать.
Наконец, когда, уже взойдя в бельэтаж, остановились направо против
двери одной богатой квартиры, и генерал взялся за
ручку колокольчика, князь решился окончательно убежать; но одно странное обстоятельство остановило его на минуту...
— Нет, а я… — воскликнула Нюра, но, внезапно обернувшись назад, к
двери, так и осталась с открытым ртом. Поглядев по направлению ее взгляда, Женька всплеснула руками. В
дверях стояла Любка, исхудавшая, с черными кругами под глазами и, точно сомнамбула, отыскивала рукою дверную
ручку, как точку опоры.
— Вот и Ванька-Встанька пришел, — доложила Нюра, когда он, уже успев поздороваться дружески за
ручку со швейцаром Симеоном, остановился в
дверях залы, длинный, в форменной фуражке, лихо сбитой набекрень. — Ну-ка, Ванька-Встанька, валяй!
— Что?! Под поезд?! А ты знаешь, что за такие слова бывает?! Угроза действием! Вот я сейчас пойду и крикну «караул!» и поверну сигнальную
ручку, — и он с таким решительным видом схватился за рукоятку
двери, что кондуктор только махнул рукой и плюнул.
Эмма Эдуардовна потрясла
дверь за медную
ручку, но
дверь не поддалась.
Все-таки не может понять его слов Алексей. «Какой же это колокольчик?» — думает он, глядя на повешенную у
двери бронзовую
ручку.
Несмелыми шагами, озираясь на стороны, взошел Алексей на крыльцо колышкинского дома, взялся за дверную
ручку — хвать, ан
дверь на запоре…
Хотя с непривычки и не совсем ловко вышел Алексей из коляски, но бойким шагом подошел к подъезду и дернул изо всей силы бронзовую
ручку колокольчика. Тотчас же человек с галуном на картузе широко распахнул перед ним
двери.
Чудится мне затем, что рядом с моей комнатой, в коридоре, кто-то осторожно и настойчиво нажимает на дверную
ручку и потом, внезапно разъярившись, мчится по всему дому, бешено потрясая всеми ставнями и
дверьми, или, забравшись в трубу, скулит так жалобно, скучно и непрерывно, то поднимая все выше, все тоньше свой голос, до жалобного визга, то опуская его вниз, до звериного рычанья.
Послышался испуганный крик Сони. Александров почувствовал, что теперь ему как мужчине необходимо принять участие в этом странном происшествии. Он затряс
ручку дверного звонка. Соня отворила
дверь, и испуг ее прошел. Она уже смеялась.
При появлении доктора человек встал, окинул его с ног до головы спокойным, умным взглядом и, взявшись за
ручку одной из боковых
дверей, произнес вполголоса...
Прежде чем сонный лакей успел повернуть ключ в
двери, звонок раздался еще два раза и с такою силою, что завод, на котором тянули проволоку, соединявшую звонок с
ручкою, имел бы полное право хлопотать о привилегии.
Так мучился он, трепеща пред неизбежностью замысла и от своей нерешительности. Наконец взял свечу и опять подошел к
дверям, приподняв и приготовив револьвер; левою же рукой, в которой держал свечу, налег на
ручку замка. Но вышло неловко:
ручка щелкнула, призошел звук и скрип. «Прямо выстрелит!» — мелькнуло у Петра Степановича. Изо всей силы толкнул он ногой
дверь, поднял свечу и выставил револьвер; но ни выстрела, ни крика… В комнате никого не было.
Она подошла к
ручке Лаврецкого и остановилась у
двери в ожидании приказаний.
Я слышал свое пунктирное, трясущееся дыхание (мне стыдно сознаться в этом — так все было неожиданно и непонятно). Минута, две, три — все вниз. Наконец мягкий толчок: то, что падало у меня под ногами, — теперь неподвижно. В темноте я нашарил какую-то
ручку, толкнул — открылась
дверь — тусклый свет. Увидел: сзади меня быстро уносилась вверх небольшая квадратная платформа. Кинулся — но уже было поздно: я был отрезан здесь… где это «здесь» — не знаю.
Бегом через знакомые полутесные гулкие комнаты — почему-то прямо туда, в спальню. Уже у
дверей схватился за
ручку и вдруг: «А если она там не одна?» Стал, прислушался. Но слышал только: тукало около — не во мне, а где-то около меня — мое сердце.
Он ошибся именем и не заметил того, с явною досадою не находя колокольчика. Но колокольчика и не было. Я подергал
ручку замка, и Мавра тотчас же нам отворила, суетливо встречая нас. В кухне, отделявшейся от крошечной передней деревянной перегородкой, сквозь отворенную
дверь заметны были некоторые приготовления: все было как-то не по-всегдашнему, вытерто и вычищено; в печи горел огонь; на столе стояла какая-то новая посуда. Видно было, что нас ждали. Мавра бросилась снимать наши пальто.
Но как время было довольно поздно, то ничего этого он мне доказать не мог, а буфетчик видит, что мы оба пьяны, моргнул на нас молодцам, а те подскочили человек шесть и сами просят… «пожалуйте вон», а сами подхватили нас обоих под
ручки и за порог выставили и
дверь за нами наглухо на ночь заперли.
— Как ты эдак смеешь говорить: ты разве не знаешь, что это моя кошка и ее сама графиня ласкала, — да с этим
ручкою хвать меня по щеке, а я как сам тоже с детства был скор на руку, долго не думая, схватил от
дверей грязную метлу, да ее метлою по талии…
Вдруг в сенях послышались чьи-то незнакомые шаги, очевидно, нащупывавшие пол, чья-то рука шарила по
двери, отыскивая
ручку, в ту же минуту незапертая
дверь довольно быстро и смело отворилась.
Она подошла к
двери кабинета и взялась за
ручку —
дверь оказалась запертою на замок.
Лакей взялся за дверную
ручку и повернул ее, но
дверь не поддавалась.
Глафира подошла скорыми шагами к
двери, быстро отмахнула ее одним движением, но отмахнула не без труда и не без усилия, потому что за
дверью цепко держался за
ручку и наконец вылетел на средину комнаты… кто?.. Как назвать это лицо? Глафира отступила два шага назад. Вместо Жозефа пред ней стоял… чужой человек, брюнет, с лицом, тщательно закрытым ладонями.
С этим она вышла и, пройдя через несколько комнат к
двери Ропшина, тронулась за замочную
ручку, но замок был заперт.
Шевелящаяся
ручка обратила на себя внимание людей, собравшихся в зале, и некоторые из них поспешили на помощь и взялись за это с усердием, в пылу которого ни по ту ни по другую сторону никому в голову не приходило справиться, вполне ли отперт дверной замок:
дверь тянули, дергали и наконец с одной стороны успели отломить
ручку, а с другой — сопровождавший Глафиру лакей успел уронить на пол и погасить свою свечу.
Он подошел к запертой
двери, с трудом ощупал замочную
ручку и, пошевелив ее, назвал Глафиру, но собственный голос ему показался прегадким-гадким, надтреснутым и севшим, а из-за
двери ни гласа, ни послушания. Глафира, очевидно, ушла далее, да и чего ей ждать?